Сергей Че

ПЯТАЯ РАСА

1. ВСЁ ДЕЛО В ВОЛШЕБНЫХ ПУЗЫРЯХ

- Ну всё, Морозильник. Тебе поможет только чудо.

Десятиклассник Бурин нависал над Максом словно большой и мускулистый дамоклов меч.

- Молись, уродец, – гнусаво проскрипел сбоку Кузя, нетерпеливо подпрыгивая на месте.

Кузя был мелкий и гадкий, способный на любую подлость. Воняло от него псиной. Но страшнее был третий враг. Звали его Дыба, стоял он за спиной Бурина, молчал, и глаза у него были холодные, как у рыбины. Рассказывали, что пару лет назад он убил какого-то бомжа, и Макс этому верил. Дыба уже давно нигде не учился, промышлял мелкими кражами и отъемом денег у школьников. Бил он молчаливо и жестоко. Макс до сих пор помнил свернутый нос у одноклассника Вальки Кимова. Тот полгода ходил с повязкой на все лицо.

- Бабло давай, Морозильник, - пробасил Бурин. – Последний шанс.

- Нет у меня. Сказал же.

- Не гони дуру, опарыш. У тебя парентсы богатые, все это знают.

Родители у Макса были далеко не богатые. Средних размеров квартира, среднего возраста машина, средний класс как он есть. Но этим уродам было все равно.

Они поймали его на выходе со школьного двора, минут десять гнали по гаражам и теперь зажали в глухом тупике, заросшем дикими кустами. Справа был синий забор стройплощадки, слева кирпичный забор гаражного кооператива, а за спиной – заброшенный дом, из тех двухэтажных древних развалюх, что походили на лагерные бараки или казармы. Единственный подъезд его был наглухо опечатан ржавым листом железа, а окна первого этажа забиты фанерками, на которых неведомая команда графитчиков оставила свои примитивные каракули. В тупике никого не было, а те, кто мог здесь появиться, вряд ли вступились бы за несчастного школьника. Скорее наоборот – приняли бы участие в намечающемся веселье. Народ в округе обитал угрюмый и далекий от сострадания.

- Ты сам виноват, Морозов, - сказал Дыба, и от его тусклого безжизненного голоса как всегда полезли мурашки. Обращение не по кликухе, а по фамилии добавляло в образ Дыбы инфернальности. – Тебе была дана неделя на решение проблемы. Ты ее не решил. Ты подумал, что и так сойдет, что мы послушаем твои оправдания и отстанем. Но мы не отстанем, Морозов. Это многие поняли до тебя, и многие поймут после. Ты не исключение.

- Гыы… не исключение, Морозильник, - пролаял Кузя. – Сявка ты, а не исключение.

Дыба еле заметно покривился и шагнул вперед. Начиналось самое интересное.

- Но главная твоя ошибка, Морозов, в том, что ты побежал. Ты показал себя трусливой скотиной. Если бы ты остался, возможно, все бы сложилось иначе. Те, кто остается, заслуживают мое уважение. Те, кто бежит, становятся тлёй под ногами. Дерьмом. Навсегда. Сегодня ты сломал себе жизнь, Морозов.

Макс не слышал его. В ушах бухала кровь. Он отступил еще на шаг, и почувствовал, как уперся в стену. Угол жестяного оконного отлива вдавился в ногу. Окна у древней развалюхи были расположены очень низко.

- Да че трепаться с уродом? Ша! – взревел Бурин и замахнулся.

Макс в панике зашарил руками по стене, окну, откосам. Его машинально отшатнуло в сторону. Он почувствовал, как заскрипела, подаваясь, скрывающая окно фанера. Мир перевернуло, возникла темная щель между фанерой и оконным проемом, и Макс завалился назад, вверх тормашками.

- Куда! – глухо взревел Бурин, хватая его за ногу.

Макс забился в его лапе, как припадочный, угодил свободной ногой по носу, вырвался и рухнул в темноту, пыль и грязь. Истошно заскрипели гнилые доски пола, по лбу ударила обернутая вонючим тряпьем мебель. Он резво пополз дальше от окна, расталкивая головой мягкие и твердые неопознанные предметы. Сзади раненым медведем бесновался Бурин, отрывая фанерный щит, и фальцетом вопил Кузя. Макс понимал, что фанера выдержит недолго, и полз дальше, ничего не видя в пыльном мраке, наощупь огибая углы, шкафы, пролезая под столами. Наконец, забился в какую-то темную дыру и прислушался.

Фанера душераздирающе треснула. Бурин запыхтел, перелезая через подоконник.

- Нет, Кузя, - донесся ленивый голос Дыбы. – Ты – со двора. Следи, чтобы он там не выбрался. Слышишь, Морозов? Из этого сарая выхода нет. Хватит бегать.

- Тут темно, - сообщил Бурин.

- Иди вперед. Он не мог далеко сбежать.

Максу показалось, что темнота немного пожелтела, мелькнул отблеск фонарика. Он осторожно пополз дальше.

- Чем дольше ты бегаешь, Морозов, тем больше твой долг, - громко сказал Дыба. - Наше время стоит денег. У меня последнее предложение. Я забуду о том, что ты бегал. Какой у тебя класс? Седьмой? Восьмой? Вот. Скостим по малолетству. А ты выходишь. И мы поговорим. Как взрослые люди.

Макс полз, изредка оглядываясь. Бурин сзади сопел, хрипел, рыгал, расталкивая завалы плесневелого хлама.

- Это аварийный дом, Морозов, - продолжал увещевать Дыба. – Здесь прогнили балки и стены. В любой момент все рухнет. Выходи.

Макс слышал, но не воспринимал. Для него голос Дыбы был чем-то вроде белого шума, от которого хотелось спрятаться. Адского белого шума.

Он свернул за угол, и нащупал ведущие вниз ступени. Подвал. Быстро скатился по лестнице, перепрыгнул через порог, задыхаясь, ощупал дверной проем, и с облегчением захлопнул тяжелую железную дверь. Грохот потряс все вокруг. Сверху посыпалась штукатурка. «Он в подвале!» - заорали сверху, но Максу уже было все равно.

Он с трудом сдвинул ржавый засов и достал мобильник. Холодный свет выхватил уходящие вдаль ряды деревянных ящиков. Экран мигнул, ожидаемо показывая отсутствие связи. На мгновение Макса охватил ужас, что без доступа ничего не получится. Сверху донесся топот.

Пальцы не слушались, мобильник трясло. Наконец, Макс добрался до почты и запустил нужную программку.

Свет вспыхнул сильнее.

- Активация модуля.

Голос был громким, металлическим и доносился, казалось, не из динамика, а со всех сторон.

Сперва экран смартфона залило белым сиянием, затем по нему поплыли разноцветные дымные полосы.

Макс сжимал мобильник обеими руками.

- Эй, - прошептал он. – Вы меня слышите?

- Модуль готов к работе, - еще громче сказал голос. – Классификация объекта по тройной конфигурации: белый-желтый-красный. Индекс объекта: пять семь три ноля два девять ноль. Характеристика объекта: в пределах допустимого. Возраст объекта: в пределах допустимого. Ожидаемый процент совместимости: тридцать.

- Слушайте, слушайте, - снова зашептал Макс. – Подождите. Вчера вы обещали мне помощь. Я отказался. А сейчас она мне нужна. Очень нужна.

- Вопрос не понят. Уточните требование.

В дверь забарабанили.

- Там хулиганы. Очень сильные и очень злые. Вы мне поможете?

- Вопрос не понят. Уточните требование.

Дверь потрясли и пнули.

- Слышь, Дыба. Там с ним еще кто-то.

- Не глухой. Морозов, ты с кем там брякаешь, ботало? Отсюда все равно не выбраться.

Макс лихорадочно вспоминал вчерашний разговор.

- Ну… можете прислать кого-нибудь? Сюда?

- Требование за пределами возможности.

- А… хотя бы позвонить в полицию? Родителям?

- Требование не соответствует первичной инструкции.

- Но вы же вчера сказали, что можете обеспечить защитный протокол… какого-то там уровня…

- Защитный протокол вступает в действие при условии активации всех объектов выбранной группы.

- Да-да, я помню. И как их активировать?

- Активация происходит по списку доступных объектов. Общее число объектов: четыреста девяносто миллионов сто восемьдесят пять тысяч триста один. Ограничение: активация проводится объектом с наибольшим процентом ожидаемой совместимости. Ваш процент: тридцать. Пересчет числа объектов, - голос замолк на пару мгновений. В дверь поскребли. – Число доступных объектов: один миллион сто семь тысяч сорок восемь. Вы готовы стать активантом?

- Что? А! Да! Да!

Экран мигнул. Появилась круглая кнопка, похожая на выпученный зеленый глаз.

- Нажмите ввод.

Макс лихорадочно ткнул пальцем. Глаз пропал. Экран заполонили маленькие разноцветные квадратики, объединенные в кластеры по четыре штуки. Квадратики выстроились в ряды, столбики, разогнались, превратившись в сплошные размытые линии.

- Завершите выбор группы.

Дверь задрожала, будто в нее ударили тараном.

- Слышь, Дыба. Походу, этот урод там в игрушки играет.

- Походу, - пробормотал Дыба. – Морозов, не строй из себя идиота. Открывай.

- Завершите выбор группы.

- Но… Как?

- Завершите выбор группы.

Макс наобум ткнул в экран, где бесконечными рядами неслись полосы.

На мгновение один кластер увеличился, и снова появился зеленый глаз.

- Группа выбрана. Нажмите ввод.

Дверь заходила ходуном так, что затряслись стены и отошел один из болтов на засове.

Макс вдавил палец в зеленый глаз.

- Еще раз! – заорали за дверью. – Поддается!

Глаз исчез, и снова экран залило жемчужное сияние.

- Группа активирована.

На дверь обрушился удар такой сокрушительной силы, что ее сорвало с петель, а ржавый засов вырвало с корнем. В подвал с ревом ввалился Бурин, в мертвенном свете мобильника похожий на огромного бледного монстра.

- Активировать протокол защиты?

- Да! – завопил Макс, срываясь на визг.

Бурин потряс головой, вытянул руки и шагнул вперед. Вытянутые физиономии Дыбы и Кузи выглядывали из-за его плеч, как морды вурдалаков.

- Протокол защиты активирован.

Между Максом и уродами вдруг вспыхнуло еле заметное радужное сияние. Оно походило на прозрачную пленку или стенку мыльного пузыря.

Бурин врезался в него всем своим весом, как в резиновую стену. Сполохи окружили его, вспыхнули ярче, отбросили назад, к двери.

- Второй уровень защиты, - сообщил металлический голос. – Назовите желаемый уровень от нуля до пяти.

- Что это, Морозов? – вкрадчиво спросил Дыба перешагивая ворочавшегося на полу Бурина.

Макс вытаращив глаза смотрел то на смартфон в своей руке, то на радужную стену и Дыбу за ней.

- Это какой-то фокус, Морозов? - Дыба пощупал пальцами оболочку и тут же, скривившись, отдернул руку. – Как ты это сделал?

Макс открыл было рот, чтобы крикнуть, как же он всех этих уродов до печенок ненавидит, но тут с экрана сползло белое сияние и быстро побежали секунды обратного отсчета.

- Уровень защиты остается без изменений. До начала перемещения в точку Ноль – тридцать секунд.

Макс опешил.

- Какое еще перемещение? Вы об этом ничего не говорили!

- Перемещение в точку Ноль – обязательное условие активации группы. Время перемещения - от сорока до пятидесяти минут в зависимости от начальных координат.

Макс не отрываясь смотрел как исчезают секунды.

- Что-то пошло не так, Морозильник? – ухмыльнулся Кузя. – Не боись. Мы до тебя все равно доберемся. Вечно ты здесь сидеть не будешь.

Четыре… Три… Два… Один… Ноль.

Отсчет исчез.

Макса тряхнуло так, что он упал на пол. И сразу понял, что пола у него под руками нет. Доски были внизу, в десятке сантиметров под ним и медленно удалялись. Его тащило вверх, к потолку, вместе с радужной стеной, которая окружала его сейчас со всех сторон.

- Что за черт… - пробормотал Дыба.

Потолок приближался. Макс в ужасе втянул голову в плечи. Когда шершавый бетон должен был коснуться его волос, он не почувствовал ничего. Плиты потолка прошли сквозь него, словно призрачная голограмма. Он успел увидеть внутренние штыри арматуры и дыры перфорации.

- Попался! – заорал снизу Кузя и безумно захохотал.

Темные этажи, забитые мусором и остатками мебели, уплыли вниз, будто во сне. Радужный пузырь с Максом Морозовым в центре набрал скорость. Промелькнул каркасный чердак, покрытый черным гравием и голубиным пометом. Вспыхнуло солнце. Каркнула, пролетая мимо, удивленная ворона.

Крыша заброшенного дома, гаражи, стройплощадка, пустыри, дороги, новостройки и весь город вдруг провалились далеко вниз, очень далеко вниз, и только тогда Макс наконец нашел в себе силы моргнуть.

***

- Помогите! Кто-нибудь! Помогите!

Нет ответа.

Пузырь резал слои облаков, точно глиссер верхушки волн, оставляя за собой длинный шлейф взбудораженной облачной ваты.

Внизу быстро проплывали ровные прямоугольники полей, ковры лесов, сияющие ленты рек и темные пятна городков. Макс попытался хотя бы примерно оценить скорость своего перемещения, но у него не сразу это получилось. Потом рядом промелькнул и моментально исчез летящий хвостом вперед пассажирский лайнер, и Макс понял, что скорость пузыря раз в десять больше крейсерской скорости любого боинга.

Потянулась темная гладь какого-то моря, надвинулись плотные массивы облаков, смотреть стало не на что, и до Макса наконец дошло, что он до сих пор сидит на коленках, уперев ладони в абсолютно прозрачный пол.

Некоторое время он бродил по пузырю, безуспешно пытаясь достать руками до радужных стенок. Глянул на смартфон, но тот не реагировал даже на ресет, будто странная программа, способная выдувать непробиваемые пузыри, выкачала из аккумулятора все, что в нем было.

Оставалось только сидеть и ждать прибытия в точку Ноль, где бы она не находилась и чего бы там не было.

Солнце висело над горизонтом, окрашивая розовым жидкие струи перистых облаков.

Море кончилось, и внизу потянулось невнятное бурое месиво, в котором нельзя было рассмотреть деталей. Стало ясно, что пузырь набирает не только скорость, но и высоту. Макс поежился, пытаясь вспомнить все, что знал о верхних слоях атмосферы из географии. Кристаллы льда скапливались на радужных стенках, преломляя свет, создавая призрачные фигуры, и однажды Максу даже показалось, что сквозь плывущее морозное марево он видит вдалеке еще один прозрачный шар с темной фигурой внутри. Но он закрыл глаза, помотал головой, и видение исчезло.

Когда все облака остались далеко внизу, небо сверху потемнело, а земля выгнулась заметной дугой, смартфон ожил.

- Рекомендованный уровень защиты – три.

Макс, ежась, смотрел на экран и не понимал, что делать. Было холодно.

- Рекомендованный уровень защиты – три.

- И что?

Изо рта вырвалось облако пара.

- Что сказать-то? Три?

- Изменение принято, - сообщил тупой прибор. – Третий уровень защиты.

Сразу потеплело.

Мобильник опять умер.

Небо стало совсем темным. Теперь можно было разглядеть россыпи звезд, щедро разбросанные от горизонта до горизонта. Земля внизу постепенно обрастала знакомыми по картам географическими особенностями. Максу даже почудились очертания Балтийского моря. Он попытался найти вдалеке родной город, но массы облаков искажали вид и искать что-либо в этой мешанине было бесполезно.

Он засмотрелся на планету, и не сразу увидел пункт назначения.

Еще один прозрачный радужный шар сверкал на фоне звезд льдистыми искрами. Он выглядел таким же, только был значительно больше. Макс похолодел, когда понял это.

Cнизу к этому радужному монстру приближались еще четыре маленькие прозрачные сферы. И внутри них теперь уже четко угадывались темные человеческие фигуры.

Пузыри подлетели к шару практически одновременно, замедлили скорость, проникли внутрь толстых, испещренных разноцветными сполохами стен. И исчезли.

Макс рухнул с двухметровой высоты на такой же прозрачный пол, больно ударился коленками, выронил мобильник, но тут же вскочил, во все глаза разглядывая тех. Других.

Четверо стояли на одинаковом расстоянии друг от друга и также оторопело озирались.

Молчание длилось долго.

- Это что за хрень? – наконец вопросил один из прибывших, чернокожий толстяк в штанах с мотней, рубахе до колен и золотой цепью до пояса. – Это что, нас, типа, инопланетяне похитили?

- Похоже на то, - поправил очки тот, что стоял ближе к Максу, по виду китаец.

- А вы что за уроды? Заодно с ними?

- Вряд ли, - ответила высокая девчонка с прямыми, совершенно белыми волосами. – Сдается, мы все товарищи по несчастью.

- И что нам делать?

Девчонка пожала плечами.

- Понятия не имею.

Они снова замолчали, опасливо разглядывая сферу, друг друга и не сходя с места.

- Возможно, нам остается только ждать, - сказал китаец.

- Ну, это ты можешь ждать хоть до посинения, китаеза. А мне отсюда срочно выбираться надо. – Чернокожий поддернул спадающие штаны и заорал: - Эй, бастарды! А ну валите сюда живо, я хочу в ваши морды глянуть!

Он вразвалочку вышел в центр сферы, подняв бритую голову. Покрутился немного, разглядывая радужный потолок. Потом сплюнул.

- Твари трусливые. Сперли меня прямо с баттла, прикидываете? Я этого урюка мексиканского разнес уже, зал мой, всех качаю. И тут этот пузырь. Найду, кто мне его наслал, на куски порву.

- Наверное, нам следует познакомиться, - сказал китаец. – Кто знает, насколько мы здесь застряли. Я Ван Тао, Шанхай, неполная средняя школа номер 2.

Чернокожий усмехнулся.

- Мало того, что китаеза, так еще и неполноценный.

- Неполная средняя школа - это немного другое, - улыбнулся тот. – По-вашему будет…

- Да плевать, - отмахнулся чернокожий. И повернулся к Максу. – А ты кто?

Макс замялся.

- Я… э-э… Макс Морозов. Можно просто Макс. 8А класс, средней школы №225 города…

Чернокожий шагнул ближе, вглядываясь.

- Ты русский что ли? – отпрянул. – Да ёшки-матрешки! Да что это такое? Справа русский, слева китаец. Я куда попал? Это коммунистический ад?

Девчонка шагнула ближе.

- Погодите. Здесь что-то не так.

- А тебя-то как зовут? Ты тоже русская?

- Нет. Я Альма Линдберг. Мальмё, Швеция. И вы все, ребята, говорите по-шведски. Причем без акцента. И это странно.

- Не гони базар, леди. Уж твой шведский я всегда отличу от моего нормального американского инглиша, тем более шведского я никогда не слышал. Вы все говорите по-человечески, как и должны. Иначе бы я вас не понимал.

Ван Тао задумчиво снял очки.

- Да, это странно. На самом деле вы говорите на шанхайском диалекте. Кроме вас, уважаемый, - он слегка поклонился афроамериканцу. – Вы употребляете кантонский. И это, поверьте, очень смешно.

Альма повернулась к Максу.

- Надо полагать, ты слышишь русский.

- Ага.

- Ясно, - она машинально закрутила пальцем прядь волос. – Хотя с другой стороны, ничего удивительного. Существа, способные засунуть нас в эти пузыри, явно способны на многое.

- Да, - согласился Ван. – Но это означает, что они каким-то образом уже пролезли в наши мозги. Что слегка напрягает.

- Я ничего не чувствую, - заявил чернокожий. – А если б почувствовал – никому бы мало не показалось.

- Ты, кстати, не представился, герой, - сказала Альма.

Афроамериканец отступил на шаг, расставив руки и растопырив пальцы.

- Я Биг Флаер, бэйба, и я круче всех на Юге! Я тягал дурь с братанами, когда вы все еще под стол пешком ходили.

Альма усмехнулась.

- Сдается мне, ты все-таки наш ровесник. А может даже младше. Просто толстый. Толстый, Большой Летун. Хорошее погонялово, тебе подходит.

Биг сверкнул на нее белками.

- Не нарвись на мой ствол, курица.

- Ага, постараюсь.

- Ладно, - сказал Ван. – С языком разобрались. Теперь давайте расскажем кто как здесь оказался. Тебя, как я понял, пузырь похитил во время словесного состязания?

- Словесного чего? – скривился Биг. – Это ты так наши баттлы называешь? Это не состязание, йо! Это битва. Это сражение. Там выносят вперед ногами.

- Да-да. И ты совершенно не понимаешь, как в этом пузыре оказался?

- А что понимать? Уроды поняли, что я побеждаю, и решили похитить для опытов. Но пусть суки только покажутся.

- Меня взяли прямо из дома, - сказала Альма. – Утром, только умыться успела. За полотенцем потянулась. И не смогла.

- И ничего подозрительного не было?

- Если ты про летающие тарелки, то ничего. Только пузырь. А у тебя?

- Тоже пусто, - ответил Ван. - Впрочем, накануне была одна странность. Какой-то почтовый спам на смартфоне. Программа из непонятного источника и с непонятными функциями. Я немного шарю в софте, залез в ее код. А там архитектура такая, что ничего не понятно. От слова «совсем». Никогда такого не видел. Я ее запустил на изолированном стационарнике. Там что-то вроде теста, вопрос-ответ. Дошел до каких-то биополей и защитных механизмов. Ну и струсил, вырубил. Подумал, что это какие-то военные разработки. А потом – пузырь. Может, это как-то связано. А у тебя что было, Макс?

Макс перевел глаза с Альмы на Вана, пытаясь скрыть панику.

- Да ничего, - бормотнул, чувствуя, как спина покрывается холодным потом. - Тоже все как у вас.

- Да. Будем ждать, значит.

- Эй! А что с этой не так? – Биг указал в сторону.

Все обернулись.

Последний член их странной компании все это время сидел вдалеке, там, где лопнул пятый пузырь.

Это была еще одна девчонка, смуглая, одетая в пушистую юбку и серый передник. В черных как смоль волосах красовались какие-то желтые цветы. Она сидела на дальнем краю сферы в позе лотоса и глаза ее были закрыты.

Они подошли ближе.

- Тебя как зовут? – спросила Альма.

Та не ответила и даже не пошевелилась.

- Больная небось, - заявил Биг. – Эй, копченая! Скажи чего-нито.

Бесполезно.

- Это можно понять, - произнес Ван. – Такое потрясение. Мало кто остается спокойным. Кто-то впадает в ступор. Кто-то болтает без умолку.

- Это ты про меня что ли задвинул? – набычился Биг.

Альма подняла ладони.

- Ладно, парни, брэк. Нам нужно держаться вместе, если хотим выжить.

Смуглая открыла глаза.

Она смотрела куда-то им за спины, без выражения, будто ничего не видя.

- Боги уже здесь, - тихо сказала она низким голосом. – Боги пришли за нами. Обернитесь.

И они обернулись.

2. ИСТИНА ГДЕ-ТО В ПРОШЛОМ

Издалека пришельцы напоминали статуи, которые облили разными красками и завернули в искрящиеся простыни.

Их было трое, и стояли они не вместе, а по разные стороны, будто делали вид, что ничего общего друг с другом не имеют.

Желтый стоял ближе остальных, и он был действительно желтым. Его кожа имела тот ядовитый оттенок, что можно увидеть только в чернилах от струйного принтера. У желтого не было носа, не было даже ноздрей, а щелки глаз были настолько узкими и длинными, что походили на бойницы пулеметного дота.