sf_socialthrillerИльяСоколовСмертныйruFiction Book DesignerFBD-D283C4-6722-BA40-B68E-8F8A-863C-77FEFA1.0

Илья Соколов

Смертный

Часть первая

Уличная чернота была добротно разбавлена многочисленными огнями. Людей также имелось немало, пусть даже часы на почтамте показывали довольно позднее время.

По тёмной улице бежал парень. Он ловко лавировал между прохожими и, казалось, спасался от кого-то. На самом деле это он вёл отчаянную гонку-преследование…

«Сатанинский компас» показывал, что кровососущая гнида совсем близко, он, должно быть, запрятался на одном из ближайших чердаков. Ему не скрыться. Не в этот раз… Парень, сверяясь с ориентировкой «компаса», решительно сворачивает в подворотню, в которой натыкается на ярко выраженную студенческую парочку (те даже пугаются его немного, но извиняться обстоятельно времени нет).

Тут же мимо парня-преследователя проносится дворняга, весьма исхудавшая за зимний период года. Стрелка «сатанинского компаса» резко реагирует на животное, а потом возвращается к предыдущим показаниям, чуть сменив направление. Значит, монстр-кровосос тоже перемещается. Чувствует, сволочь, что за ним идут…

В тёмном подъезде, вроде бы, нет никого. Даже жильцы почему-то притихли, словно переселились из жизни.

Кирилл Котов (а это именно он гонится за вурдалаком) явственно ощущает присутствие демонической силы где-то на самом верху. Вампирская тварь точно решила покинуть чердак, сомнения нет.

Взбираться лучше по лестнице. С лифтом могут возникнуть проблемы. Например, на его небольшой крыше может притаиться тот самый клыкастый ублюдок и попытаться напасть на экстрасенса-преследователя, пробив когтистыми лапами тонюсенький слой металла лифтовой конструкции.

Привыкший ко многому Котов спешно поднимается на верхний этаж дома. Безотказный «компас» указывает в мрачную темноту в конце лестницы. Злостный вампирюга, конечно, разбил лампочку на лестничной клетке (или же так было до него).

А ещё этот зубастый монстр способен сливаться с окружающей обстановкой во тьме (плюс лучше в полнолуние). Такой, как он, может оказаться даже у вас в квартире, притаившись где-нибудь в углу тёмной комнаты, пока вы находитесь на кухне, попивая (к примеру) вечерний кофе со сливками или молоко перед сном.

Кирилл присмотрелся: силуэт оживающего каждую ночь мертвеца «мерцал» в дальнем углу, у железной двери в предквартирный тамбур. Нечисть, кстати, почти никогда не могла уйти от взгляда экстрасенсорного паренька…

Поняв, что всё-таки замечен, вампирище стал «визуализироваться». Уродливая морда вурдалака просто-таки просила «божественного кирпича». А кожистые отростки из плеч и рук его голого тела выглядели похожими на типичные крылья летучей мыши. При этом кровососущая гадина совершенно ничем не пахла.

– Ты нашёл меня, Кирюша… – прошипел вурдалак, делая шаг в направлении лифта.

– Куда ты девал ту школьницу? Конечно же, уже сожрал… – голос Котова являл крайнюю степень ненависти плюс негодования.

– Ту девчушку никогда не найдут, – упырь противно усмехнулся. – Да как и тебя!

– Ну давай, кровохлёб. Оценим, как тебе понравится кол! – и Кирилл выхватил осиновое оружие-деревяшку из-под полы куртки. Мерзопакостная тварь-вурдалак, обнажив ряд клыков, кинулся к парню. Он попытался схватить Кирилла своими когте-лапами, однако тот умело увернулся, ударив по правой ручище чудовища, припал к стене подъезда и вогнал деревянный кол в грудину нетопырской уродины. Всё происходило, как в страшной компьютерной игре. Осиновое остриё прокололо тело вампира с каким-то отвратительно-харкающим звуком.

Красные глаза кровососа в миг остекленели. Вампир задёргался в темноте лестничной клетки. А через секунду – с плеском растёкся лужей по бетонному полу.

Кирилл Котов, удостоверившись, что с вурдалаком покончено (и он точно больше не воскреснет), покинул место разыгравшейся драмы.

Полоска света из-за приоткрытой тамбурной двери легла на мокрое пятно. Недовольный голос сердитой тётки произнёс:

– Опять весь подъезд обоссали. Наркоманы сраные!

После удачного уничтожения вампирического мудака можно хоть немного расслабиться и о многом забыть… Я возвращаюсь домой. Заходить в бар, встречаться с Ийским сегодня совсем не хочется.

Захожу к себе в квартиру, включаю свет. Можно, конечно, и без него, но изрядное количество сил и так было потрачено в этот вечер. Да и темнота чего-то уже надоела.

Включаю телек, чтобы не было так одиноко. По одному из кабельных как раз что-то про экстрасенсорную муть. Работа, похоже, меня и дома достанет… Не хочется пить ни чая ни кофе. Стакан воды после беготни по городу в темноте – самое оно. А вот есть опять почти нечего: в холодильнике (кроме пельменей) бережно хранится старейший кусок сыра да пара сосисок. С подсыхающим хлебом пойдёт. Лишь бы без плесени…

Перекусив в компании сериала про каких-то подростков обоих полов, укладываюсь в кровать, довольный проделанным воздаянием, остриём из осины воткнувшимся кровососущему чудищу прямо в сердце (ну, или почти туда). Монотонная пустота вокруг переплетается с обстановкой вполне обычной комнаты. В проёме двери стоит Сутулый.

– Собираешься немножко вздремнуть, лунный воин?

Мне незачем объяснять ему очевидные вещи… Я прорываюсь в «Кромешное кафе», а там вовсю сочатся постояльцы ближайших (извечных) отелей. Типичные клиенты вечности.

Неторопливый повар (вообще-то страдающий эпилепсией) сегодня приготовил злаковое суфле под соусом из ветчины, а также на десерт оладьи ко второму блюду, которое никто не увидит и не закажет.

– Не волнуйся, я безалкогольный алкоголик… – случайный сосед по стойке бара совсем пьян, чтобы хотя бы подняться с табурета. – Люди видят то, что им хочется. Но ведь на самом деле это им показывают то, что они должны увидеть…

Оставив философа-пропойцу, перехожу в банкетный угол кафе. Нечеловеческая интеллигенция резвится здесь на славу. Пускают ток сквозь друг друга и «крайне дорогих» гостей; магнитными кругами образуют ништякошечные галереи; дурачатся в карты Таро; ломают костяк дисциплинарных неустоек; по мелкому планируют; раскручивают кружки лихо и при этом небрежно; истолковывают старейшие анекдоты из самых неизвестных; совершают множество других глупых поступков…

Я выровнял астральную плоть, намотал на руку «кастет» из туалетной бумаги и вдолбил его в морду развесёлого субъекта, считающего свои шутки над гусеницами неизменно смешными (хотя всем известно, насколько они выглядели вульгарными).

Оглушённый моим хуком мудачок, оскорблённый в лучших чувствах, размашисто пятится восвояси. Ещё он, расплескав пойло из своего бокальчика, обрушивается на классно сервированный стол со всей силы. Треск ломающегося дерева перемешивается со звоном разбивающейся посуды, образуя хлёсткий коктейль звуков…

Приятный допросец в кабинете из жалюзи:

– У вас был конфликт с умершим?

– Нет. Я его просто убил.

– Что вы мне тут чушь несёте?! Его убили пачками с деньгами, завалив насмерть! У вас просто не могло быть столько денег…

Пересчитываю наличность, имеющуюся в левом кармане куртки, после чего перемещаюсь в зону отправлений по психотронному маршруту. Судорожные тени неликвидных людей съедаются враз на титанической платформе.