Материалы по истории масонства

XIX – XX вв.

труды исследовательской ложи

«Quatuor Coronati» № 2076 (Лондон)

Переводчик и составитель Е. Кузьмишин

Москва, 2011

Содержание

Э. Хоув Маргинальное масонство в Англии: 1870 – 1885…..……………………………... 3

Р.А. Гилберт Хаос из Порядка: взлет и падение Сведенборгианского устава …... 64

Р.А. Гилберт Уильям Уинн Уэсткотт и эзотерическая школа масонских исследований ……………………………………………………………………………….……………89

Эллик Хоув, Гельмут Мёллер Теодор Ройсс и иррегулярное масонство в Германии

в 1900 – 1923 гг. ………………………………………………………………………………….……..120

Р.А. Гилберт Масонская биография А.Э. Уэйта ………………………………………………141

Мартин П. Стар Алистер Кроули – масон ………………………………………………….... 177

Эллик Хоув Уничтожение масонства в нацистской Германии в 1933 – 1935 гг. 192

Адам Мюр Маккей Сэр Вальтер Скотт — масон: история его жизни в Братстве 213

Эллик Хоув

Маргинальное масонство в Англии: 1870 – 1885

14 сентября 1972 г.1

Эллик Пол Хоув (20.09.1910 – 28.09.1991) – печатник и книжный дизайнер, посвящен в вольные каменщики в Ложе Св. Георгия № 370 в субботу, 17 октября 1970 г. Автор книг «Дети Урании: странный мир астрологов» (Urania’s Children: the strange world of the astrologers, 1967) и «Маги Золотой Зари: документальная история магического ордена»; соавтор (вместе с профессором Гельмутом Мёллером из Геттингена) книги «Мерлин-странник: из подземелья в Западные земли» (Merlin Peregrinus: Von Untergrund des Abendlandes, W?rzburg, 1986), а также сборника «Человек, миф и магия» (Man, Myth and Magic). В приложении к изданию «Wege und Abwege.Beitr?ge zur europ?schen Geistgeschichte der Neuzeit» (Freiburg, 1990) содержится полная библиография трудов Хоува, собранная Николасом Баркером. В 1978 году Хоув был Досточтимым Мастером Исследовательской ложи «Quatuor Coronati» № 2076.

От переводчика

Термин «fringe Masonry» невероятно сложен для перевода, поскольку многозначен. «Fringe» - это бахрома, часто украшающая масонские запоны (фартуки) и перевязи, причем, не столько в так называемом «чистом и древнем Цехе» (pure and ancient Craft), сколько в побочных, дополнительных степенях (иногда называемых «высшими», хотя таковыми они не являются), в «рыцарских» изводах масонского общества. Поэтому, с одной стороны, значение этого слова – «пышный, помпезный, разукрашенный», а с другой стороны – «побочный, маргинальный, избыточный, дополнительный». Образность данного термина также может быть преподнесена как отражающая запоноцентричность масонской символики: практически вся она вращается вокруг каменщического фартука и на нем же схематически отражена. Основные, центральные, базовые символы степени обычно располагаются на клапане масонского запона (flap, bib), расположенном сверху по центру прямым углом вниз; второе по значимости геральдическое поле запона – его центр ниже угла клапана, затем – пространство слева и справа от центра, далее – кайма, бахрома и подкладка. Часто подкладка запона служит его второй лицевой стороной, используемой в некоторых ритуалах некоторых степеней: запон просто переворачивается. Таким образом, бахрома – это нечто, далее всего отстоящее от центра, в нашем случае – от сути «pure and ancient Craft», и поэтому, принимая во внимание все смысловые оттенки, я принял решение использовать в переводе словосочетание «маргинальное масонство», который кажется отражающим хотя бы часть значений оригинального термина.

Вот что пишет о «fringe masonry» Джон Хэмилл, Бывший Великий Секретарь и глава Комитета Объединенной Великой Ложи Англии по связям с общественностью2:

Маргинальное масонство состоит из тех регулярных франкмасонов, чей интерес к мистицизму и оккультизму привел их в такие организации, как Герметический Орден Золотой Зари (HOGD) и Ordo Templi Orientis. Ни одна из этих групп никогда не бывала признана ни единой регулярной масонской организацией. «Золотая Заря» не имела претензий масонского характера, в то время как тот факт, что основатели О.Т.О. такие претензии в свое время имели, вызвал обвинения в их адрес в создании иррегулярной масонской структуры. С 1919 года (Equinox, Vol. III, No. 1) они отказались от каких-либо претензий на руководство масонством или занятие им. В настоящее время большинство масонских великих лож не имеют представления о существовании и истории О.Т.О., или равнодушны к ним. Нужно подчеркнуть, что несмотря на то, что масонство признает многих из этих людей масонами, никакие признанные масонские организации – и большинство масонов – не принимают и не признают приемлемыми их взгляды и мнения, а также не считают их возможным или должным развитием и толкованием масонского учения. Их опубликованные работы не оказали существенного или претерпевшего испытание временем влияния на масонство. Честно признаться, их работы чаще цитируются вне всякого контекста различными антимасонскими авторами, предпринимающими попытки отождествить учение масонства с мнениями этих отдельно взятых авторов. Однако эти люди никоим образом не отражают и не представляют учение или воззрения регулярного и признанного масонства.

В августе 1995 года с жестким опровержением этого мнения выступил Досточтимый Мастер Исследовательской ложи «Quatuor Coronati» Р.А. Гилберт, утверждавший, что ни по времени учреждения, ни по сути учения, ни по прочим признакам не представляется возможным определить «масонский мейнстрим» и противопоставить его «маргинальным течениям», однако данная дискуссия продолжается и по сей день с переменным успехом.

Для упрощения понимания текста, термин «маргинальное масонство» будет использоваться здесь во всех случаях, однако читателям необходимо понимать, насколько он относителен и приблизителен.

Е.Л. Кузьмишин

Предисловие

Моя первая встреча с понятием «маргинальное масонство» и именами Кеннета Маккензи (Kenneth Mackenzie) и Фрэнсиса Джорджа Ирвина (Francis George Irwin) состоялась в 1961 году, когда я начал интересоваться всем связанным с происхождением и ранней историей удивительного андрогинного магического общества доктора У. Уинна Уэсткотта (W. Wynn Westcott) – Герметического Ордена Золотой Зари (Hermetic Order of the Golden Dawn). А.Э. Уэйт (A. E. Waite) предположил в своей автобиографии «Тени жизни и мысли» (Shadows of Life and Thought, 1938), что Маккензи в свое время владел легендарным Шифрованным Манускриптом Золотой Зари, хотя это кажется маловероятным. Происхождение и правдоподобность этого документа на настоящий момент не подтверждены и, судя по всему, таковыми и останутся. В 1886 г. он находился во владении преподобного А.Ф.А. Вудфорда (A.F.A. Woodford), члена-основателя ложи «Quatuor Coronati», а в августе 1887 г. тот передал его Уэсткотту. А затем нам приходится иметь дело с безумной историей про подделанные письма, незримых Тайных Властителей и, наконец, познакомиться с полумифической немецкой дамой, известной под именем «фройляйн Шпренгель» (Sprengel), а также именуемой «весьма почтенной Soror Sapiens Dominabitur Astris3», предположительно высокопоставленной посвященной Розы и Креста. Уэсткотт писал, что именно она дала ему разрешение работать в его стране по системе Золотой Зари. Пусть это и достойное развлечение для начинающего исследователя театра абсурда, однако оно не входит в задачи настоящей работы. Поскольку Уэйт предполагал, что истоки Золотой Зари следует искать у Маккензи, я последовал этим путем, изучил его «Братство Розового Креста» (The Brotherhood of the Rosy Cross, 1924), и там впервые встретил имя Ирвина.

Мое внимание привлекли несколько утверждений Уэйта. Например, он писал:

В течение двадцати пяти лет, начиная с 1860 года, в Англии наблюдается существование любительских фабрик по производству уставов, и их начинают замечать по результатам их трудов, за которыми не стоит никакой истории происхождения, за исключением совершенно легендарной и определенно являющейся плодом оккультной фантазии.

Витиеватый стиль изложения весьма характерен для Уэйта. Также он утверждает, что Маккензи был каким-то образом связан с тем, что он называет «фабрикой», «кузницей» или «студией» градусов. Он описывает Ирвина как «верующего в оккультные искусства в пределах, свойственных всякому думающему и читающему человеку его умственного класса», при этом добавляя, что он «вообще-то удовлетворялся занятиями спиритизмом, истинность которого его круг неоднократно поддерживал в своих неопубликованных трудах». Наконец, Уэйт упоминает, что Ирвин «был ревностным и любезным масоном, известным влечением к высшим степеням и стремлением расширять свой послужной список посвящением во все новые и новые».

Уэйт определенно датирует эту «студию градусов» лет на десять раньше положенного. Я полагаю, Ирвин всегда больше интересовался масонством (маргинальным и иным), чем спиритизмом4.

Отчаявшись с наскока разрешить все сложности в понимании Ордена Золотой Зари, я решил обратиться к другим эксцентричным темам5. И вполне могло так получиться, что я не возвратился бы к Маккензи et alii6, если бы не тот факт, что осенью 1969 года я снова покусился на вотчину Золотой Зари и осел там на последующие два года. Затем, в октябре 1970 года брат А.Р. Хьюитт, Библиотекарь Объединенной Великой Ложи Англии, показал мне фонд, состоявший из приблизительно 600 писем, полученных Ф.Г. Ирвином от двадцати пяти разных корреспондентов между 1868 и 1891 годами7. Большинство из них были от Кеннета Маккензи и Бенджамина Кокса. В основном, они были написаны в 1870-е годы.

Прочитав эти письма в первый раз, я пришел к выводу, что теперь станет возможно подробно аттестовать труды Маккензи и Ирвина, создателей многочисленных любительских ритуалов, причем, гораздо более подробно, чем это представлялось возможным в прошлом. И действительно, эта переписка пролила новый свет на всё поздневикторианское «маргинальное» масонство в целом.

Термин «маргинальное масонство» используется здесь исключительно вследствие отсутствия иного. Это было не иррегулярное масонство, поскольку никто из тех, кто участвовал в развитии этих уставов, не проводил посвящение в масоны, то есть не присваивал трех степеней символической ложи или степени Царственного Свода. Следовательно, они не посягали на исключительные права и полномочия Великой Ложи и Верховного Капитула.

Возникновению во второй половине XIX века многочисленных «дополнительных», «высших» или «побочных» степеней способствовало популярное расширенное толкование последнего предложения Статьи II Акта Союза 1813 года. В нем говорится, что он не имеет намерения «препятствовать каким бы то ни было ложе или капитулу проводить собрания в любых степенях Рыцарских Орденов в соответствии с конституциями указанных Орденов».

В 1884 г. был сформирован Великий Совет Союзных Градусов (Allied Degrees). Первый параграф его учредительной Конституции гласил:

Ввиду быстрого роста и распространения многочисленных лож различных орденов, не признающих никакой центральной власти и не подчиняющихся никакой форме управления, сим был учрежден Управляющий Орган, дабы принять под свое управление все ложи подобных различных орденов в Англии и Уэльсе, а также колониях и прочих подвластных землях Британской короны, буде на то их волеизъявление.

Насколько можно судить, подчинение власти Великого Совета являлось делом личного выбора, и это правило строго соблюдалось8.

Также ни Маккензи, ни Ирвину никогда не приходило в голову не то что признавать власть Великого Совета над своими «изобретениями», но даже подавать туда прошения о признании9.

Появление в период после 1860 г. многочисленных «побочных градусов», позднее попавших под управление Великого совета Союзных градусов, а также «самостоятельных уставов», к которым приложил руку Маккензи сотоварищи, совпало по времени с широчайшим распространением масонства в Англии вместе с созданием большого количества новых лож. Точно так же с этими процессами совпало по времени массовое увлечение англичан спиритизмом и, как следствие, прочими метафизическими явлениями и процессами. Между новомодным интересом к спиритизму и масонством не было никакой связи, но люди вроде Маккензи и Ирвина, активно трудившиеся на ниве маргинального масонства, часто бывали также и спиритами. Кроме того, они, а также многие другие представители их круга, занимались и оккультными практиками. Они даже отдаленно не напоминали относительно массовое движение внутри масонства символических степеней. Это была просто совершенно аморфная группа людей, большинство которых были знакомы между собой. Здесь постоянно приходится встречать различные сочетания одних и тех же имен.

Поскольку ранее я упоминал Магическое общество, то есть Золотую Зарю, гипотезу Уэйта о том, что Маккензи, вероятно, имел какое-то отношение к начальному периоду ее истории, и определял Ирвина как адепта оккультных учений, кое-кто может подумать, что я и сам принадлежу к числу оккультистов. Это не так. Как историк идей я заинтересован только и исключительно в изучении развития и выживания мыслей и различных аспектов тех учений, которые можно было бы отнести к сфере так называемого «отвергнутого знания», то есть знания, в общем и целом отвергнутого общественным мнением и считающегося суеверием, не имеющим разумных обоснований. Типичным примером такой отрасли знания является астрология. Тема настоящей работы лежит несколько в стороне от основной тропы истории франкмасонства в Англии XIX века. Однако она посвящена исследованию темной области этой истории, которой пока никто еще не нашел нужным заняться. И в этом — единственное мое оправдание.

Благодарности

Я выражаю благодарность Совету по Общим вопросам Объединенной Великой Ложи Англии за разрешение использовать в работе материалы из библиотеки Великой Ложи, а также братьям библиотекарю и куратору А.Р. Хьюитту, помощникам библиотекаря Т.О. Хончу и Дж. Хэмиллу — за помощь и бесконечную доброту. Также я выражаю благодарность братьям Гарри Карру и Рою Уэллсу за постоянную моральную поддержку.

В особенности хотелось бы поблагодарить четверых братьев, приложивших немало усилий к избавлению пути исследователя от многочисленных терний, и я благодарю бр. Кона Ф.У. Дайера (секретаря Ложи усовершенствования Эмулейшен) за его замечания о Фредерике Хокли и Джоне Хогге; бр. С.У.В.П. Флетчера (ложа «Королевский дом Сомерсет и Инвернесс» № 4) за обращение от моего имени в Архив публичных актов и Дом Сомерсета; бр. А.Л. Пивота (секретаря Ложи «Дуб» № 190) – за предоставление мне для изучения книги протоколов ложи за 1870 — 1871 гг. и бр. П.М. Рея (секретаря эдинбургской Ложи «Канонгейт-Килвиннинг» № 2) – за многие часы, проведенные им в поисках по книгам протоколов и иным документам своей ложи имени Кеннета Маккензи; а также мои благодарности бр. Генри Гиллеспи, члену моей ложи («Св. Георгий» № 370) за то, что он своим фирменным способом придал мне идеальный стартовый импульс для начала настоящего исследования.

Также я благодарю мисс Сибиллу Джейн Флауер, мисс Уинифред Херд (окружная библиотека Чизвика), мисс Е. Тэлбот Райс (Национальный музей армии, Лондон), мистера Кристофера Макинтоша, мистера Джеральда Йорка (за открытые им мне поистине бездонные архивы S.R.I.A.10), подполковника Дж.Е. Саута (библиотекаря Королевского инженерного института, Четнем), доктора Ф.Н.Л. Пойнтера (Уэллкомский Институт истории медицины), мистера Дж.С. Моргана (Архивный отдел городской библиотеки Вестминстера), а также Общественные архивы Канады (Оттава) и библиотекарей городских библиотек Бирмингема и Бристоля.

Также я хотел бы поблагодарить за помощь в этом и множестве прошлых исследований всех сотрудников Лондонской библиотеки и Института Варбурга при Лондонском университете.

Великая Ложа и Устав Мемфиса

История данного устава французского происхождения в Англии представляет интерес по нескольким причинам. В течение семнадцати лет, счет которым открывается в 1850 году, им здесь управляли французы, и до 1859 года достаточно высока вероятность того, что посвящали в его степени они только своих соотечественников. Вполне допустимо полагать, что Великая Ложа была не в курсе происходящего, но продолжалось это до какого-то определенного момента, когда она внезапно выяснила, к великому своему недовольству, что этот устав существует в Стратфорде, графство Эссекс, в форме ложи трех символических степеней, членами которой являлись исключительно англичане. Под заголовком «Ответы на письма» в журнале «The Freemason» от 14 октября 1871 г. помещена заметка, содержащая следующее утверждение:

Устав Мемфиса является масонским только по названию и подвергается осуждению со стороны Великой Ложи Англии.

Это объясняется тем, что ложа «Равенство к Королю Пруссии» (Equality Lodge King of Prussia) в Стратфорде никогда не получала патента на работы от Великой Ложи Англии, а поэтому, с какой стороны ни посмотри, была иррегулярной. Маловероятно, чтобы к 1871 году этот устав продолжал в Англии управляться своими изначальными руководителями-французами. Как бы то ни было, в 1872 году Джон Яркер вновь «импортировал» его в Англию из США, но поскольку он не проводил посвящение в первые три степени символической ложи, что означает, что он, строго говоря, не проводил масонских посвящений, этот устав не получил клейма «иррегулярного». С другой стороны, его терпеть не могли в Верховном Совете 33-го градуса Древнего и Принятого Устава11, из которого Яркера исключили в 1870 г. Далее я подробнее остановлюсь на удивительной карьере Яркера на ниве маргинального масонства.

Многообразные данные, очень часто ложные, о ранней истории Устава Мемфиса, переходящие из одной энциклопедии в другую, невозможно свести в один абзац12. Обычно считается, что он был основан как совокупность 95 степеней Самуэлем Они (Samuel Honis) в Каире приблизительно в 1814 году. На следующий год он привез его во Францию, где 30 апреля Они, Габриэлем-Матье Маркони де Негром (Gabriel-Mathieu Marconis de Negre) и другими в Монтобане была основана ложа «Учеников Мемфиса». Эта ложа была закрыта 7 марта 1816 г., а Они вместе с Маркони де Негром предусмотрительно вовсе исчезли со сцены. Далее мы встречаемся с сыном второго из них — Жаком-Этьеном Маркони де Негром, чаще именуемым просто Маркони, - в 1838 г. в Париже. Им были основаны несколько лож, но очевидно, что Ж.-Э. Маркони, Великий Иерофант 96-го градуса, не сумел привлечь к своей системе внимания масонской общественности.

В 1841 г. в его деятельность вмешалась полиция, вне всякого сомнения, по дружескому совету со стороны Великого Востока и французского Верховного Совета 33-го градуса, и до 1848 г. этот устав ушел в подполье, пробудившись только в год революции, когда более либеральный новый режим позволил Маркони возродить его. Лантуан утверждает, что устав претерпел в декабре 1851 г. d?b?cle totale13, после чего Маркони пустил работы на самотек, вследствие чего устав прекратил какую бы то ни было деятельность вообще. Вполне возможно, что так обстояли дела во Франции, однако к тому времени уже сложился обширный внешний рынок сбыта для такого новшества, предлагавшего совокупность ни много ни мало из девяноста пяти степеней. В течение следующего десятилетия Маркони сумел продать свой устав (в высшей степени маловероятно, что это было сделано в качестве дружеского подарка) в США, Египет и Румынию. Также его устав добрался в 1850 г. до Англии, пусть и лишь в форме продолжения работ французами, посвященными в него во Франции, а затем сменившими место жительства. Вообще их положение, и как граждан своих стран, и как “мемфисских” масонов представляет немалый интерес, и я еще напишу о них чуть ниже. В 1862 г. Они передал свой устав, точнее – его труп, Великому Востоку, а сам отказался от каких бы то ни было прав на него или власти в нем. Великий Восток регуляризовал членов этого устава, признав их законными и регулярными братьями вольными каменщиками в трех степенях Цехового Братства, а их “высшим” степеням нашел место в структуре своих иерархических организаций, которое не было унизительным и удовлетворило все стороны. Между тем Маркони не верил Великому Востоку и продолжал выдавать патенты на работы за пределами Франции, утверждая при этом, что его отречение касалось только территориальных подразделений Устава во Франции. Он умер 21 ноября 1869 г. неоплаканным, если говорить о Великом Востоке.

Впервые Великая Ложа узнала о существовании этого устава осенью 1859 г., несмотря на всю его бурную деятельность еще с 1850 г. 24 октября 1859 г. Великий Секретарь Уильям Грей Кларк направил циркулярное письмо всем Мастерам лож Английской конституции. К этому документу приложена факсимильная копия “мемфисского” патента, выпущенного “Ложей Равенства при Востоке Стратфорда”, с заретушированными именем получателя и с разнообразными символическими изображениями14. Начиналось письмо Великого Секретаря следующими словами:

Мне поручено сообщить вам... что в настоящее время в Лондоне и других частях страны действуют самозваные (spurious) ложи, претендующие на звание масонских.

Далее он предупреждал Мастеров лож о необходимости предельной бдительности, дабы не принимать на своих собраниях и в члены своих лож масонов иррегулярных “мемфисских” лож, советуя также:

Братья ваших лож не должны поддерживать никакого общения с иррегулярными ложами под угрозой наказания исключением из Ордена, а также уголовного преследования по Указу № 39 Георга III о запрете посещения собраний незаконных тайных обществ.

Несколько недель спустя Великий Секретарь получил вежливый ответ из Стратфорда. В нем говорилось, что в их ложу вступили несколько учеников ремесленного лицея, не имеющие средств для вступления в регулярные ложи. Однако в письме не говорилось, что возглавляют этот устав в Англии французские радикалы, покинувшие Францию в 1849 – 1850 гг. после избрания принца Луи-Наполеона Бонапарта президентом республики в декабре 1848 года. Вероятно, стратфордская ложа была политизирована гораздо больше, чем могли себе представить руководители английского цехового масонства, где любые политические споры категорически запрещены, согласно статье VI,2 Древних заповедей. Письмо было подписано Робертом Миклом, Лименом Стивенсом, Дэвидом Бутом, Чарльзом Эшдауном, Чарльзом Тернером, Стивеном Смитом и еще одним братом, чье имя не представляется возможным разобрать. Далее следует начало этого письма:

Ложа «Равенства к Королю Прусскому», Стратфорд

4 день месяца декабря, 1859 г.

Весьма Достойный Сэр и Брат,

Насколько можно судить по циркулярному письму, выпущенному Советом для Общих вопросов (так в тексте – Авт.) для сведения масонских организаций в Англии, имеется явное недопонимание членами этого Совета истинных целей и образа действия братьев, составляющих Ложу Равенства в Стратфорде, поэтому мы поручили Досточтимому Мастеру и Совету ложи направить вам те факты, которые немаловажно было бы огласить на вашем Ежеквартальном собрании.

Во-первых, в Стратфорде и его окрестностях проживают тысячи опытных механиков, ремесленников и инженеров, из которых многие в силу своих высоких и всеми признанных достижений в своем деле, а также высокого положения в своем профессиональном кругу, бывают по делам своего ремесла направлены, или приезжают самостоятельно, в различные государства континентальной Европы или наши колониальные владения15. В силу этих причин для них имели бы огромное значение привилегии и права, которыми наделяет своих членов масонское Братство. Поэтому в нашем округе уже давно и громко выражалось желание возвести масонский Храм, и даже две безуспешные попытки сделать это были предприняты братьями, находящимися в общении с вашей Великой Ложей, причем, причины отказа сводились, в основном, к непомерно высокой стоимости посвящения и продвижения по степеням. Возможно, этот вопрос так и остался бы без движения, если бы полтора года назад несколько компаний, члены которых ныне являются братьями нашей ложи, не вступили бы в общение с несколькими иностранными братьями, в настоящее время проживающими в Лондоне... Поэтому для нас большая честь отождествлять себя с теми разумнейшими и достойнейшими людьми, которым мы обязаны своим существованием как организация, и мы сочувствуем им в выпавших на их долю тяготах и горестях и сожалеем о тех несчастных обстоятельствах, которые вынудили их отправиться в изгнание из родной страны.

В 1869 году, десять лет спустя после рассылки Великой Ложей предупреждения об иррегулярности Устава Мемфиса, он все еще существовал в Англии, хотя и не мог похвастаться многочисленными братьями. Амнистии 1859 и 1869 гг. позволили его французским членам возвратиться во Францию. Роберт Уэнтворт Литтл (Robert Wentworth Little), издатель недавно учрежденного (13 марта 1869 г.) журнала “The Freemason”, а также второй помощник и кассир канцелярии Великого Секретаря в лондонском Фримейсонс-Холле, так писал об этом уставе в выпуске своего журнала от 3 апреля 1869 г.:

Нам приходится использовать весьма сильные выражения, говоря об этом псевдо-уставе, поскольку известно, что его приверженцы осмелились создавать свои “ateliers”, или мастерские, в самом центре Лондона, а теперь еще и утверждают, что находятся в связи и братском взаимном признании с некоторыми масонскими организациями на континенте, например, с несколькими ложами на юге Франции и даже с Верховным Советом 33-го градуса в Турине...

С огорчением узнали мы, однако, что, определенно пребывая в неведении относительно этого предупреждения (циркулярного письма Великого Секретаря от 1859 г. - Авт.), некоторые члены английских лож имеют общение с так называемыми “филадельфами”, посещая их суаре и балы, где эти самозванцы, из тяготения к фантастической роскоши изобретшие для себя титулы “Иерофантов Звезды Сириуса”, “Державных Понтификов Элевсина” и “Великих Мастеров Устрашающего Священного Садаха”, очерняют и порочат простоту и чистоту нашего достопочтенного Цеха... Также ходят самые огорчительные слухи о том, что эти “филадельфы” занимаются разработкой и распространением самых революционных идей, оглашаемых на их потаенных собраниях, а заговорщиков, подобных Орсини16, видели выходящими из их темных и опасных логовищ...

На своем Ежеквартальном собрании 7 июня 1871 г. название Устава Мемфиса и имя Литтла упоминались в Великой Ложе в одном и том же контексте. И последовавший за этим скандал занимал Великую Ложу в течение еще целого года.

Устав Мисраина, или Мицраима

Анналы этого устава, попавшего в Англию в 1870 г. при довольно нелепых обстоятельствах, во многом напоминают историю Устава Мемфиса. Здесь мы снова встречаем французское происхождение, живописные личности основателей и чудовищное количество степеней. Но если Устав Мемфиса был объявлен иррегулярным, как только Великая Ложа обнаружила, что он роется в ее огороде, на Устав Мицраима никто официально не покушался, поскольку он не занимался посвящением в масоны. По сегодняшним более строгим стандартам, однако, он смотрится на английской почве скорее отклонением от нормы.